Муниципальное казённое учреждение
"Центр обеспечения деятельности образовательных учреждений"

Великой Победе 65. Партизан-гарибальдиец.

23 августа 2010, 05:16:05

Италия у большинства из нас ассоциируется, во-первых, с древним Римом, с Феллини, Карузо, со спагетти, с фильмом «Альпийская баллада» и с песней «О Белла-чау» в исполнении М. Магомаева, которая звучала мощно, динамично и являлась песней-паролем итальянских партизан. А сейчас я поведу свой рассказ о, том, что же связывает наше время, нашу Великую Победу и наши места с далёкой Италией. Я расскажу о человеке, который проживает в селе Воздвиженка, и которому знакомо всё это не понаслышке – зовут его Григорий Степанович Тарасенков. А начиналось всё так! В 1941 г. Гриша четырнадцатилетним пареньком работал на железной дороге (чугунке) сезонным рабочим. И по объявлению вначале войны он видел, как потянулись на запад, чрез станцию Дурово, что на Смоленщине эшелон за эшелоном с техникой, солдатами – было очень тревожно и страшно. Но страшней стало потом, когда налетели самолеты и бомбили железную дорогу. А потом пришли в село штурмовые отряды, которые вели огонь и по курам, и по людям. В их доме, в селе Плоское, поселился офицер – семье пришлось временно жить в погребе.

В декабре 1941 г. за селом приземлились парашютисты, это были наши офицеры, которые призывали сельчан уходить в лес и начать борьбу с врагом. Гриша с трудом уговорил односельчанина взять его с собой. Пройдя более 12 километров с И.А. Лареченковым, они наткнулись на земляков.

И началась нелегкая партизанская жизнь. Всё приходилось отвоёвывать: оружие, одежду, провиант. По его подсказке откопали ранее найденный им пулемёт с боеприпасом, потом он при нём и находился – первым номером. Первое боевое крещение, где он хорошо сработал, состоялось у деревни Кашкино, где уничтожили небольшой отряд из 15 немцев, за что получили потом похвалу от командующего партизанского отряда Пасынкова. При следующей вылазке к деревне Вержино Гришу дважды ранило в ногу, после чего более месяца он был выбит из строя. И из этого боя отряд вернулся без потерь, оставив чернеть на снегу тела врагов. Потом у деревни Климятино партизаны малыми силами отбили штабной обоз, завладев и лошадьми, и продовольствием – 85 буханок хлеба, 2 ящика масла, 20 брусков сыра, 5 банок мармелада, колбаса, сухие овощи, конфеты, табак и коробка сигар (из одной сигары выходило 10 хороших самокруток). Гриша участвовал с представителем регулярных войск в подрыве моста Москва – Минск у села Шишкино, Сафоновского района. Операция прошла успешно: мост взорвали, дождавшись въехавшей на него машины. По возвращению руководитель операции Андрей спросил даже фамилию юного бойца, на что он громко ответил: «Григорий Тарасенков – местный партизан, уроженец деревни Плоское». После этой вылазки немцы не давали им спокойно жить. Шли дни и месяцы в боях и трудах: чистили оружие, стояли на постах, совершали диверсии, собирали грибы, ягоды, глушили на речке толом и гранатами рыбу.

В Августе 1942 г. после рейда выбили немцев из деревни Свяцовы и Вержино, завладели складом с продуктами, уничтожили 58 врагов, но и потеряли пятерых своих. В деревне Шубино имелся детектор, так тогда называли простейший радиоприемник, и партизаны были в курсе дел на фронте. Потому что наши теснили немецкие войска, местный гарнизон производил зачистку вдоль автомагистралей и железных дорог от партизан, чтобы те не мешали засадами отступающим. Особенно славился жестокостью финский карательный отряд из 200 человек. В Сентябре 1942 г. отряду устроили ловушку и начисто разбили финнов у деревни Залозно.

Партизаны активизировались, обстреливали автоколонны, обозы, подрывали эшелоны. В одном из неравных боев в конце сентября 1942 года Гриша опять был ранен и попал к врагам. Вылечился – трижды допрашивали, но его спасало то, что товарищи, подумав, что он убит, подобрали оружие и фашисты поверили, что парнишка местный и случайно здесь оказался. После этого Григория послали на оборонительные работы, куда сгоняли всё население. Это было уже под Смоленском, станция Ярцево, лагерь «Хотенков». Работал Гриша и под Могилёвым – копали рвы. Позже немцы выбрали молодых и повезли в Германию чрез Польшу. В городе Полоцке провели дезинфекцию и привезли остарбайтеров в город Фельтфлекен? Здесь парень работал на конезаводе. Это было в конце 1943 года, а в апреле эшелон из 12 вагонов с лошадьми в сопровождении 11 немецких конюхов и 11 помощников из Русских пленных отправился в город Генуя. По пути эшелон разбомбили Англо-американские союзники, и пришлось гнать лошадей самоходом. По дороге встретили итальянца, оказалось, что это партизан, работающий в тылу у немцев, что он формирует отряд. Ночью четверо пленных сбежали с ним. Пройдя 15 километров, пришли на пересыльный пункт, а 22 сентября 1944 года все русские с пересыльного попали в отряд под командованием разведчика (псевдоним Орлов) Владимира Яковлевича Переладова, который знал шесть языков, а немцы давали за его голову 450 тысяч итальянских лир, он потом стал дважды героем Италии. Отряд (батальон) состоял из 180 русских легионеров, входил в горно-стрелковую дивизию «Горная» имени Д. Гарибальди. Воевали партизаны на территории Моденской провинции и за ее пределами. Всё было, так же, как и в России: делали вылазки, уничтожали колонны, взорвали военный завод, изготавливавший мины «Моден Болонья». Били врага на чужой земле, где по сравнению с родной березовой равнинной Смоленщиной возвышались горы и росли диковинные травы и деревья, но запах войны был везде одинаков. После открытия второго фронта и освобождения Италии представители англо-американских войск взяли весь их отряд под список, т.е. под своё распоряжение, собрав в одном месте всех разноязычных, где преобладали чернокожие. Отношение было очень хорошее ко всем, кормили «Как на убой», и здесь Григорий Степанович с грустинкой в голосе сказал: «С тех пор я так больше не ел никогда». Затем путешествие с 27 марта 1945 г. продолжилось: поездом в город Торонто, затем по морю на пароходе «Арава» в Египет, в Порт-Саид, потом на машинах союзных войск в военный гарнизон, что в 15 километрах от города. И вот здесь Переладов заподозрил неладное: «Почему их отряд скрыли от посольства Италии и направили в Египет». Прошел слушок, что их везут в Америку для пополнения нации. Нашли двух арабов, заплатили им и попросили, чтоб они добрались до нашего посольства и сообщили о пребывании здесь русских. Через три дня из Каира, благодаря честным арабам, приехали на двух машинах представители нашего посольства. Передача была короткой, с несколькими простыми вопросами американцев: «Нет ли у нас претензий к ним? Не желает ли остаться?» На что мы ответили «Нет»! Мы – это 19 человек, которые решили вернуться на родину, из 180, хотя мы уже слышали, что нас может ожидать, но мы не поверили.

И опять по Средиземному и Черному морям на военном корабле прибыли в Одессу. После фильтрации «проверки» Григория зачислили в полк в дивизию, расквартированную в городе Житомире. Вскоре дивизию направили на дальний Восток на войну с Японией. Пока везли – Япония капитулировала, дивизию расформировали, а Григория устроили на «сплав» в Хабаровском крае, посёлок Дрофа.

Как воевал Григорий хорошо, так и работал. После спасения девочки, ребенка начальника сплава, начальник выхлопотал ему разрешение переехать в центр материка. В Сибири Григорий обжился, женился по любви на Любушке. Приехали на Урал, поближе к Смоленщине, вернуться в родные места не разрешили, да так и остался.

Работал на стеклозаводе в Воздвиженке, Любушка родила ему дочку и двух сыновей и стали жить-поживать спокойно. И вот в семидесятых годах приходит письмо из Москвы от командира отряда, который разыскивает своих боевых товарищей. И выясняется, что Григорий Степанович здесь не имеет звания ветерана, скорее наоборот, отношение к нему как к человеку непонятно, как и где переждавшему военное лихолетье. Здесь, в собственной стране, ни наград, ни признания в качестве участника Великой Отечественной войны, а в Италии он признан почётным легионером, о котором пишет в книге «Смоленцы-гарибальдийцы» Исаак Данилович Кролик, о котором упоминают в некоторых передачах, на радио и в TВ. И проживает Григорий Степанович скромно и безвестно в селе Воздвиженка, спрятанном от мира всего за лесами, горами и озерами. Благодаря бывшему командиру В.Я. Переладову, в 70-ые главному специалисту Госплана СССР, сделали запрос в Италию, подтверждение пришло незамедлительно – и от национальной ассоциации партизан Италии, и от депутата парламента Ричи Марио «Армандо», бывшего главнокомандующего партизанскими силами горного района, и от Адельмо Белли «Эрколи», бывшего политического комиссара партизанской дивизии «Горная» о том, что гражданин СССР, о котором запрашивали, сражался в «Русском партизанском батальоне с 22.09.1944г. до освобождения Италии». В 1978г. В.Я. Переделов удостоверил правильность перевода с итальянского, и лишь в 1987г. наши крючкотворы дали ход этим документам. Но, на мой взгляд, такие люди, проливавшие кровь в борьбе с фашизмом ещё подростками за свободу своего Отечества, заслуживают большего уважения в собственной стране.

Я считаю, что Григорию Степановичу в этом повезло чуть-чуть больше, а сколько людей незаслуженно забыты Родиной, они так и канули в вечность безвестными.

Когда я беседовал с Григорием Степановичем, он часто останавливался, чтобы проглотить горестный ком обиды в горле и остановить слезу, даже мне приходилось через силу сдерживаться, слушая повесть о том, что пришлось пережить человеку, который сделал в своё время, в сложных обстоятельствах для своей Родины всё, что мог.И пусть мой простой рассказ о Григории Степановиче Тарасенкове, партизане Смоленщины, бойце – гарибальдийце из легендарного «Русского батальона», боевые подвиги которого стали гордостью итальянского антифашистского движения и частью истории Италии и Второй мировой войны, станет малой толикой воздаяния нашего вечного долга тем, кто приближал день Великой Победы. Е. Студенников